Намерения лужина преступление и наказанме

Образ Лужина в романе Преступление и наказание Достоевского и характеристика

Лужин является малообразованной личностью, но несмотря на это автор заявляет, что он довольно умён. Сам же Пётр склонен к нарциссизму и глубоко ценит свои знания. Свой капитал он бережно хранит и любит, по своей натуре является рациональным и расчётливым человеком. В его характере имеет место быть тщеславие и высокомерие. Любовь к деньгам заметно проявляется в скупости Лужина.

Достоевский является не только признанным гением литературы, но и непревзойденным мастером психологического портрета. Удивительно, как в своих произведениях он совмещает голубиную кротость и пустое высокомерие, благородство натуры и низменные человеческие страсти. Его творения многогранны не только по многочисленным идеям и мыслям, но и пестрят разнородными характерами.

В чём заключается теория Лужина в романе «Преступление и наказание» Достоевского

Потому, посватавшись к Дуне, Лужин в точности следовал своей теории о бедных женах. Он рассчитывал, что бедная девушка будет его благодарить всегда, будет преклоняться перед ним, считать его своим благодетелем, спасителем. По сути адвокат желал заполучить себе фактически бесплатную, бесправную служанку, любовницу в одном лице. По его расчетам Дуня служила бы ему за еду и скромную одежду, при этом еще и благодаря за оказанное благодеяние, не смея сказать ни слова против.

А Лужин (по описанию автора) вроде не убивает никого физически. Однако его теорийка проповедует убийство духовное, что гораздо страшнее и преступнее. Становится понятно: если Раскольников ошибся, но в итоге понял, что отнимать жизни не имеет права никто, раскаялся, то Петр Петрович, никого не убив, намного страшнее — способен даже на убийство, если это будет соответствовать его целям, причем хладнокровно и без раскаяния.

В начале встречи героев кажется, что образы их не сопоставимы. Но уже к концу разговора в каморке Раскольникова, становится видно, что между идеями нищего студента и богатого дельца наблюдается некая схожесть. Главная черта, которая объединяет героев – стремление возвыситься над другими. Это видит и сам Раскольников, несмотря на то, что Лужин ненавистен ему.

Лужин — оправдывает ли этот человек свою фамилию? Неужели его душа действительно похожа на мутную, грязную лужу? Немного отвлечемся и вспомним Н.В. Гоголя, говорившем о Ноздреве как о типе людей, которые никогда не переведутся на этой земле. Можно утверждать, что к этой категории относится и господин Лужин.

Любезность – лучшая визитка Лужина, если герой оказывался в центре общественного внимания. Дуня относилась к жениху с глубоким уважением. Однако невеста периодически замечала, что Петр Петрович требует к себе особенного отношения. Лужин требовал, чтобы Дуня ценила его. В случае если герой ощущал себя недооцененным, мужчина обижался.

Молодость, бедность, благонравие, воспитание и ум Дуни бесповоротно прельщали героя. Петру Петровичу нравилась запуганность девушки. Лужин отмечал для себя, что Дуня пережила много несчастий и трудностей в жизни. Если муж избавит ее от этого, она будет благодарить его вечно. Дуня воспримет мужа спасением, благословением. Так думал Петр Петрович. Красота Авдотьи поражала Петра Петровича, беспомощность – раззадоривала. Герой ожидал от супруги благоговейного унижения. Есть у Лужина и корыстные помыслы. Мужчина надеется, что Дуня поможет ему завоевать более высокое положение в обществе.

  1. Заботиться необходимо только о себе и своем благе, делать это можно любыми методами.
  2. Человек по своей природе эгоист, он не думает о ближнем или друзьях, так как они ему не нужны.
  3. Только за счет сохранения собственного благосостояния можно сохранить кафтан в целости и сохранности.
  4. Попытки помочь ближнему не дадут ничего, кроме потерь. Это подчеркивается цитатой в виде поговорки: «Пойдешь за несколькими зайцами сразу, и ни одного не достигнешь».
  5. Согласно указанной экономической теории, только яркий индивидуализм способен обеспечить подлинное счастье каждого человека.

Характеристика Лужина ярко подчеркивается во время визита к Дуне. На нем прекрасная одежда и он сам выглядит эффектно. Однако новое платье, шляпа и сиреневые перчатки раскрывают истинную цель визита. Лужин пытался купить любовь девушки и старался выглядеть так, чтобы все подходило к лицу.

Неожиданная «отставка» для героя становится шоком. А тот факт, что отворот поворот исходил от бедного студентишки, брата потенциальной жены-рабыни, в душе Лужина вызвал такую злобу, что справиться с ней ему стало не под силу. Одержимый жаждой мести Лужин направляет свою злобу в сторону беззащитнейшего из существ — в адрес Сонечки Мармеладовой. На поминках по её родному отцу, негодяй незаметно подсовывает девушке деньги в карман и прилюдно обвиняет в воровстве. Учитывая род занятий бедной девушки, такое обвинение могло бы стоить ей свободы. Но справедливость торжествует — находится свидетель, который спасает Соню. Лужина читатель с этих пор больше в романе не встретит.

Самым ненавистным в романе Федора Михайловича Достоевского «Преступление и наказание» для самого автора был образ Лужина Петра Петровича – типичного русского буржуа западной формации, накопителя и дельца. Он привлекательный, но в «довольно красивом лице» есть что-то неприятное и отталкивающее, например, бакенбарды «в форме двух котлет». Немолодой, но своими манерами, жестами, речью пытается подчеркнуть близость к молодому поколению – неслучайно в одежде он предпочитает «юношеские тона».

Вот такие корыстные цели были у него по отношению к Дуне. Конечно, гордую и нравственно чистую девушку это не устраивало. Дуня первоначально хочет выйти замуж за Лужина, чтобы материально спасти свою семью. Она готова принести себя в жертву, однако ничтожный характер Лужина не смог бы ужиться с хрупкой девушкой. Дуня порывает с Петром Петровичем все отношения.

Лужин является надворным советником. Обладая большим количеством денег, он чувствует себя человеком выше других. Автор отмечает, что стал он таким состоятельным и обеспеченным, «пробившись из ничтожества». Теперь он человек, как отмечается в повествовании, занятой: Лужин планирует открыть свою адвокатскую контору в Петербурге. Все это опять связано с желанием героя получить как можно больше денег. Самая главная жизненная цель Лужина – получение прибыли. Поэтому он настолько занятой и расчетливый человек.

Образ Лужина в романе Преступление и наказание

Раскольников поверил в утопическую идею о делении людей на великих и посредственных. По его мнению, есть те, что, подобно Наполеону, способны вершить историю. Но их мало. Большинство же — серая никчемная масса. Родиону Романовичу очень хотелось верить, что он относится к первой категории. Правда, после совершения преступления он начал подозревать, что его теория имеет некоторые недостатки. Есть в человеческой жизни чувства, любовь. А есть расчетливость, рациональность. Логика жизни опровергает даже самую передовую теорию. Образ Лужина в романе «Преступление и наказание» символизирует расчетливость.

Для чего автор ввел образ Лужина в роман «Преступление и наказание»? Принято полагать, что этот герой является двойником Раскольникова. В отличие от студента, Лужин — человек преуспевающий, успешный, способный достигнуть цели. Он вызывает неприятные чувства у Раскольникова. Вместе с тем главной особенностью образа Лужина в романе «Преступление и наказание» является готовность переступить через преграды. То есть этот персонаж обладает качествами, которые необходимы были Раскольникову для осуществления его преступного плана. Образ Лужина в романе «Преступление и наказание» — это словно темная сторона души главного героя.

Сочинение Лужин в произведении Преступление и наказание (Образ и характеристика)

Так же он имел свою собственную теорию на счет жен. Он считал, что лучше брать в жены ту девушку, которая в жизни испытывала большие трудности и несчастья. Дуня как раз и стала той девушкой, которая ему подходила. Девушка и ее семья в этот момент испытывала бедность и когда Лужин рассказал о своем богатстве и о том что он имеет у нее просто не было выбора кроме того как согласиться выйти за него замуж. Дуня пошла на такой шаг только из-за того что хотела спасти свою семью от бедной жизни ведь семья была для нее на первом месте, так как она их очень сильно любила. Но Дуня была для Лужина лишь вещью, которую он мог использовать ради собственного блага.

Он родился и вырос в семье, которая была нищая, у них не было денег даже на самое необходимое, но он сумел разбогатеть. Поэтому он и стал эгоистом и самовлюбленным, он на всех смотрел свысока. Он всегда хотел добиться успеха и хоте лучше жить. Он мечтал попасть в светское общество. Он шел на все, что бы достичь свою цель. Он решил, что он лучше всех.

Вам может понравиться =>  Заключение Контракта По П 6 Ч 1 Ст 93 44-Фз За Сколько Дней Выложить Извещение

Образ Лужина в романе «Преступление и наказание»: характеристика и анализ персонажа

В описании облика своих героев Достоевский особое значение придавал глазам. Взгляд раскрывал и внутренний мир персонажа, и отношение самого автора к нему. Но о глазах Лужина в романе ничего не сказано. Этот персонаж являет собой бездуховную личность, примеры которой стали во множестве появляться во времена Достоевского. В нем нет такой сложной противоречивости, как, например, в Свидригайлове. А потому характеризовать его взгляд писатель не стал.

Этот человек решает жениться на сестре главного героя – Дуне Раскольниковой. В будущей невесте его, прежде всего, привлекает не душевная красота. Ее он разглядеть не в состоянии в силу собственной бездуховности. Дуня бедная, а стало быть, будет покорной женой. Образ Лужина в романе «Преступление и наказание» некоторую роль играет в построении сюжета.

Лужин в эпизодах «Визит к Раскольникову» и «Поминки» (по роману Ф

В романе Достоевского «Преступление и наказание» образ предпринимателя Петра Петровича Лужина является одним из «двойников» главного героя. Казалось бы, в чем сходство этих персонажей, таких разных во всем? Однако вглядевшись более пристально, мы замечаем, что сходство между Раскольниковым и Лужиным все же есть – оба они проповедуют принцип «вседозволенности».
Моральные взгляды и нравственный облик Лужина наиболее ярко освещают два эпизода в романе – его визит к Раскольникову и происшествие на поминках Мармеладова.
Мы знаем, что Петр Петрович был женихом сестры Раскольникова Дунечки. Но девушка не любила Лужина, а согласилась выйти за него замуж, чтобы поправить финансовое положение семьи и иметь возможность материально помогать Родиону.
И вот Лужин, приезжает в Петербург. Он хочет официально сделать предложение руки и сердца, но прежде этот господин считает необходимым познакомиться с будущим родственником – Раскольниковым. Для этого он приходит к нему на квартиру.
С первого момента бросается в глаза брезгливая физиономия Лужина. Этот человек, довольно состоятельный и привыкший к респектабельности, попадает в крайне убогую обстановку. Герой не может сдержать своего удивления и отвращения.
Оправившись от шока, Лужин начинает разговор. Все его слова чопорны и «прилизаны», в них нет эмоций, а лишь сухая любезность и желание произвести впечатление образованного и состоятельного господина. Особенно это обстоятельство бросается в глаза на фоне непосредственных, резких, эмоциональных реплик Разумихина и Раскольникова.
Портрет Лужина дается нам глазами Родиона. Герой увидел перед собой немолодого уже, но молодящегося господина, принарядившегося перед встречей с невестой. Лужин выглядел дорого и модно, и осознание этого прибавляло ему самодовольства. Весь внешний вид этого человека выдавал его стремление казаться лучше, чем он есть на самом деле. От этого, может быть, при всей внешней привлекательности Петра Петровича, он все же производил отталкивающее впечатление.
Это впечатление усиливается, когда Лужин начинает рассуждать о «современной жизни». По его мнению, в ней появилось много положительного: «распространены новые, полезные мысли, распространены некоторые новые, полезные сочинения, вместо прежних мечтательных и романических…» А больше всего Лужину нравится модная теория «разумного эгоизма», суть которой до крайности проста – «возлюби, прежде всех, одного себя, ибо все на свете на личном интересе основано».
Возникает вопрос: «Но что же в этой теории служит ограничением?» Ведь исповедуя ее, можно позволить себе все, что угодно, лишь бы это соответствовало твоему желанию. Лужин утверждает, что ограничение это — в моральных и нравственных принципах, которые заложены в человеке обществом.
Вообще, этот герой очень любит порассуждать о морали. Так, уже почти закончив свой визит к Раскольникову, Лужин останавливается, чтобы вставить свое «веское слово» о современном падении нравов: «чем же объяснить эту с одной стороны распущенность цивилизованной части нашего общества?»
На этот вопрос герою отвечает Раскольников. В сердцах, не выдержав, он кричит, что преступность – следствие теории Лужина о всепозволяющем эгоизме. Услышав такое, Петр Петрович принимает чрезвычайно оскорбленный вид непонятного и оболганного человека и удаляется.
Однако происшествие на поминках у Мармеладова доказывает нам, что Раскольников был прав. Оскорбленный Лужин, чье предложение руки и сердца было отвергнуто, решает отомстить Раскольникову, которого считает главным виновником своего несчастья. Оскорбленное самолюбие, всепоглощающий эгоизм заставляют его забыть о нравственности и морали. Лужин, походя, самым гнусным образом, оскорбляет Соню Мармеладову, обвинив ее в краже. При этом всем своим видом герой показывает, что знает о том, чем Соня зарабатывает себе на хлеб, и презирает ее за это.
Лужин уверен, что он выйдет «сухим из воды». Все, кто собрался на поминках, считают его человеком из «высшего круга», смотрят на него снизу вверх. Разве они позволят себе сказать хоть слово против, усомниться в его обвинениях? Лужина не волнуют чувства других людей, чье-то обесчещенное имя, душевная боль. Да, честно говоря, многих из них он высокомерно не считал за людей – это была чернь, достойная лишь сожаления и брезгливого сочувствия.
Но расчет Лужина оказался неверным – его разоблачили. Однако герой даже не подумал раскаяться или устыдиться. Он постарался «сохранить хорошую мину при плохой игре» — угрожал, что так дело не оставит, что будет бороться в суде. Но через полчаса «его уже не было в доме» — этот человек трусливо бежал.
Таким образом, Лужин, проповедуя свою теорию «разумного эгоизма», доводит ее до крайности. Он на собственном примере доказывает, что его концепция губительна: следуя ей, очень легко нравственно пасть, потерять человеческое лицо. Это герой и его поступки – еще одно предостережение Раскольникову о неверности его теории.

В романе Лужин выступает «двойником» Родиона Раскольникова. Это преуспевающий человек, не привыкший в чем-либо себя ограничивать. Раскольников ненавидит Лужина, хотя и усматривает нечто общее в его жизненной позиции легкого обхождения преград. Но это еще больше беспокоит честного Раскольникова. Лужин своей «экономической теорией», выстроенной на расчете и выгоде, оправдывает эксплуатацию человека человеком. Теория же Раскольникова построена на бескорыстии помыслов. И, хотя, согласно и той и другой, можно «проливать кровь по совести», побуждения Раскольникова благородны, они выстраданы его сердцем. В основе действий Родиона не расчет, а ошибочное заблуждение, «помрачение ума».

Идеальной партией для Лужина в плане женитьбы является Авдотья Романовна Раскольникова. У нее есть все, что нужно Петру Петровичу: молодость, ум, благонравие, воспитание и бедность. Лужин рассуждает следующим образом: Дуня, пережившая много трудностей, будет до самой смерти благодарна своему избавителю, то есть, ему. Петра Петровича восхищает красота девушки и раззадоривает ее пугливость и беспомощность. Лужин ищет рабыню, которая прислуживала бы ему в знак благодарности.

Краткая характеристика лужина преступление и наказание

«Это был господин немолодых лет, чопорный, осанистый, с осторожною и брюзгливою физиономией, который начал тем, что остановился в дверях, озираясь кругом с обидно-нескрываемым удивлением и как будто спрашивал взглядами: „Куда ж это я попал?…“ …Все платье его было только что от портного, и все было хорошо, кроме разве того только, что все было слишком новое и слишком обличало известную цель. Даже щегольская, новехонькая, круглая шляпа об этой цели свидетельствовала: Петр Петрович как-то уж слишком почтительно с ней обращался и слишком осторожно держал её в руках. Даже прелестная пара сиреневых, настоящих жувеневских, перчаток свидетельствовала то же самое, хотя бы тем одним, что их не надевали, а только носили в руках для параду. В одежде же Петра Петровича преобладали цвета светлые и юношественные. На нем был хорошенький летний пиджак светло-коричневого оттенка, светлые легкие брюки, таковая же жилетка, только что купленное тонкое белье, батистовый самый легкий галстучек с розовыми полосками, и что всего лучше: все это было даже к лицу Петру Петровичу. Лицо его, весьма свежее и даже красивое, и без того казалось моложе своих сорока пяти лет. Темные бакенбарды приятно осеняли его с обеих сторон… Даже волосы… расчесанные и завитые у парикмахера, не представляли этим обстоятельством ничего смешного или какого-нибудь глупого вида, что обыкновенно всегда бывает при завитых волосах, ибо придает лицу неизбежное сходство с немцем, идущим под венец. Если же и было что-нибудь в этой довольно красивой и солидной физиономии действительно неприятное и отталкивающее, то происходило уж от других причин»

Иннокентий Анненский считал, что взаимная неприязнь между Лужиным и Раскольниковым обусловлена их внутренним сходством. «От Лужина, если не до самого Раскольникова, то, во всяком случае, до его „Наполеона“, до мыслишки-то его — в сущности, рукой подать. Ведь и жертва-то облюбована Лужиным, да еще какая! И спокойствие-то ему мечтается, и фонд сколачивается, и арена расширяется, да и риск есть, и даже до сладострастия соблазнительный риск. Вы только сообразите: Лужин и Дунечка… Куда уж тут Родиным статейкам… В этом, конечно, и заключается основание ненависти между Лужиным и Раскольниковым. Не то чтобы они очень, слишком бы мешали друг другу, а уж сходство-то чересчур „того“: то есть так отвратительно похожи они и так обидно карикатурят один другого, что хоть плачь»[10].

Вам может понравиться =>  Имеют Право Суд Приставы Наложить Арест На Дом Купленный За Материнский Капитал

Описание такого героя, как Лужин, характеристика его другими героями романа носит крайне негативный оттенок. Они называют его негодяем, мошенником и опустившейся личностью. Это показывает реальную судьбу красивого героя, который занимает высокое положение в обществе.

  1. Заботиться необходимо только о себе и своем благе, делать это можно любыми методами.
  2. Человек по своей природе эгоист, он не думает о ближнем или друзьях, так как они ему не нужны.
  3. Только за счет сохранения собственного благосостояния можно сохранить кафтан в целости и сохранности.
  4. Попытки помочь ближнему не дадут ничего, кроме потерь. Это подчеркивается цитатой в виде поговорки: «Пойдешь за несколькими зайцами сразу, и ни одного не достигнешь».
  5. Согласно указанной экономической теории, только яркий индивидуализм способен обеспечить подлинное счастье каждого человека.

Лужин — прямолинейно-примитивный человек. Он — сниженный, почти комический двойник, по сравнению с Свидригайловым. В прошлом веке умы многих людей были подвластны теории «наполеонизма» — возможность сильной личности повелевать над судьбами других людей. Пленником этой идеи и стал герой романа Родион Раскольников. Автор произведения, желая изобразить безнравственную идею главного героя, показывает её утопический результат на образах «двойниках» — Свидригайлова и Лужина. Установление социальной справедливости насильственным путём Раскольников объясняет как «кровь по совести». Писатель дальше развил эту теорию. Свидригайлов и Лужин исчерпали идею отказа от «принципов» и «идеалов» до конца. Один потерял ориентиры между добром и злом, другой проповедует личную выгоду — всё это логическое завершение мыслей Раскольникова. Не зря на себялюбивые рассуждения Лужина Родион отвечает: «Доведите до последствий, что вы давеча проповедовали, и выйдет, что людей можно резать».

Из-за его гнусных домоганий, как все же честь ее была восстановлена и вот посватался к ней некто Петр Петрович Лужин: «Человек он деловой и занятый, и спешит теперь в Петербург, так что дорожит каждою минутой. Человек он благонадежный и обеспеченный, служит в двух местах и уже имеет свой капитал. Правда, ему уже сорок пять лет, но он довольно приятной наружности и еще может нравиться женщинам, да и вообще человек он весьма солидный и приличный, немного только угрюмый и как бы высокомерный. Но это, может быть, только так кажется с первого взгляда. А Петр Петрович, по крайней мере по многим признакам, человек весьма почтенный. В первый же свой визит он объявил нам, что он человек положительный, но во многом разделяет, как он сам выразился, «убеждения новейших поколений наших» и враг всех предрассудков. Многое и еще говорил, потому что несколько как бы тщеславен и очень любит, чтоб его слушали, но ведь это почти не порок. Я, разумеется, мало поняла, но Дуня объяснила мне, что он человек хотя и небольшого образования, но умный и, кажется, добрый. Конечно, ни с ее, ни с его стороны особенной любви тут нет, но Дуня, кроме того что девушка умная, — в то же время существо благородное, как ангел, и за долг поставит себе составить счастье мужа, который в свою очередь стал бы заботиться о ее счастии, а в последнем мы не имеем, покамест, больших причин сомневаться, хотя и скоренько, признаться, сделалось дело. К тому же он человек очень расчетливый и, конечно, сам увидит, что его собственное супружеское счастье будет тем вернее, чем Дунечка будет за ним счастливее. А что там какие-нибудь неровности в характере, какие-нибудь старые привычки и даже некоторое несогласие в мыслях (чего и в самых счастливых супружествах обойти нельзя), то на этот счет Дунечка сама мне сказала, что она на себя надеется; что беспокоиться тут нечего и что она многое может перенести, под условием если дальнейшие отношения будут честные и справедливые. Он, например, и мне показался сначала как бы резким; но ведь это может происходить именно оттого, что он прямодушный человек, и непременно так. Например, при втором визите, уже получив согласие, в разговоре он выразился, что уж и прежде, не зная Дуни, положил взять девушку честную, но без приданого, и непременно такую, которая уже испытала бедственное положение; потому, как объяснил он, что муж ничем не должен быть обязан своей жене, а гораздо лучше, если жена считает мужа за своего благодетеля. Я уже упомянула, что Петр Петрович отправляется теперь в Петербург. У него там большие дела, и он хочет открыть в Петербурге публичную адвокатскую контору. Он давно уже занимается хождением по разным искам и тяжбам и на днях только что выиграл одну значительную тяжбу. В Петербург же ему и потому необходимо, что там у него одно значительное дело в сенате. Таким образом, милый Родя, он и тебе может быть весьма полезен, даже во всем, и мы с Дуней уже положили, что ты, даже с теперешнего же дня, мог бы определенно начать свою будущую карьеру и считать участь свою уже ясно определившеюся. О если б это осуществилось! Это была бы такая выгода, что надо считать ее не иначе, как прямою к нам милостию вседержителя. Дуня только и мечтает об этом. Мы уже рискнули сказать несколько слов на этот счет Петру Петровичу. Он выразился осторожно и сказал, что, конечно, так как ему без секретаря обойтись нельзя, то, разумеется, лучше платить жалованье родственнику, чем чужому, если только тот окажется способным к должности (еще бы ты-то не оказался способен!), но тут же выразил сомнение, что университетские занятия твои не оставят тебе времени для занятий в его конторе. Знаешь что, бесценный мой Родя, мне кажется, по некоторым соображениям (впрочем, отнюдь не относящимся к Петру Петровичу, а так, по некоторым моим собственным, личным, даже, может быть, старушечьим, бабьим капризам), — мне кажется, что я, может быть, лучше сделаю, если буду жить после их брака особо, как и теперь живу, а не вместе с ними. Я уверена вполне, что он будет так благороден и деликатен, что сам пригласит меня и предложит мне не разлучаться более с дочерью, и если еще не говорил до сих пор, то, разумеется, потому что и без слов так предполагается; но я откажусь…» Для проницательного Раскольникова в этих простодушных словах Пульхерии Александровны характеристика-портрет мелкой души ухватистого Лужина уже дана полная. Многое добавляет и внешний портрет Петра Петровича, данный при первом его визите к Родиону, его поведение: «Это был господин немолодых уже лет, чопорный, осанистый, с осторожною и брюзгливою физиономией, который начал тем, что остановился в дверях, озираясь кругом с обидно-нескрываемым удивлением и как будто спрашивая взглядами: «Куда ж это я попал?» в общем виде Петра Петровича поражало как бы что-то особенное, а именно, нечто как бы оправдывавшее название «жениха», так бесцеремонно ему сейчас данное. Во-первых, было видно и даже слишком заметно, что Петр Петрович усиленно поспешил воспользоваться несколькими днями в столице, чтоб успеть принарядиться и прикраситься в ожидании невесты, что, впрочем, было весьма невинно и позволительно. Даже собственное, может быть даже слишком самодовольное собственное сознание своей приятной перемены к лучшему могло бы быть прощено для такого случая, ибо Петр Петрович состоял на линии жениха. Все платье его было только что от портного, и все было хорошо, кроме разве того только, что все было слишком новое и слишком обличало известную цель. Даже щегольская, новехонькая, круглая шляпа об этой цели свидетельствовала: Петр Петрович как-то уж слишком почтительно с ней обращался и слишком осторожно держал ее в руках. Даже прелестная пара сиреневых, настоящих жувеневских перчаток свидетельствовала то же самое, хотя бы тем одним, что их не надевали, а только носили в руках для параду. В одежде же Петра Петровича преобладали цвета светлые и юношественные. На нем был хорошенький летний пиджак светло-коричневого оттенка, светлые легкие брюки, таковая же жилетка, только что купленное тонкое белье, батистовый самый легкий галстучек с розовыми полосками, и что всего лучше: все это было даже к лицу Петру Петровичу. Лицо его, весьма свежее и даже красивое, и без того казалось моложе своих сорока пяти лет. Темные бакенбарды приятно осеняли его с обеих сторон, в виде двух котлет, и весьма красиво сгущались возле светловыбритого блиставшего подбородка. Даже волосы, впрочем чуть-чуть лишь с проседью, расчесанные и завитые у парикмахера, не представляли этим обстоятельством ничего смешного или какого-нибудь глупого вида, что обыкновенно всегда бывает при завитых волосах, ибо придает лицу неизбежное сходство с немцем, идущим под венец. Если же и было что-нибудь в этой довольно красивой и солидной физиономии действительно неприятное и отталкивающее, то происходило уж от других причин…» Когда Лужин получил «отставку», потерял статус жениха Авдотьи Романовны и был выставлен за порог Родионом, именно на него и направил свою мстительность уязвленный Петр Петрович и именно в этих целях подстроил провокацию с обвинением в воровстве. Кстати, в связи с отставкой характеристика этого персонажа дополняется и уточняется: «Главное дело было в том, что он, до самой последней минуты, никак не ожидал подобной развязки. Он куражился до последней черты, не предполагая даже возможности, что две нищие и беззащитные женщины могут выйти из-под его власти. Убеждению этому много помогли тщеславие и та степень самоуверенности, которую лучше всего назвать самовлюбленностию. Петр Петрович, пробившись из ничтожества, болезненно привык любоваться собою, высоко ценил свой ум и способности и даже иногда, наедине, любовался своим лицом в зеркале. Но более всего на свете любил и ценил он, добытые трудом и всякими средствами, свои деньги: они равняли его со всем, что было выше его. Напоминая теперь с горечью Дуне о том, что он решился взять ее, несмотря на худую о ней молву, Петр Петрович говорил вполне искренно и даже чувствовал глубокое негодование против такой «черной неблагодарности». А между тем, сватаясь тогда за Дуню, он совершено уже был убежден в нелепости всех этих сплетен, опровергнутых всенародно самой Марфой Петровной и давно уже оставленных всем городишком, горячо оправдывавшим Дуню. Да он и сам не отрекся бы теперь от того, что все это уже знал и тогда. И тем не менее он все-таки высоко ценил свою решимость возвысить Дуню до себя и считал это подвигом. Выговаривая об этом сейчас Дуне, он выговаривал свою тайную, возлелеянную им мысль, на которую он уже не раз любовался, и понять не мог, как другие могли не любоваться на его подвиг. Явившись тогда с визитом к Раскольникову, он вошел с чувством благодетеля, готовящегося пожать плоды и выслушать весьма сладкие комплименты. Дуня же была ему просто необходима; отказаться от нее для него было немыслимо. Давно уже, уже несколько лет, со сластию мечтал он о женитьбе, но все прикапливал денег и ждал. Он с упоением помышлял, в глубочайшем секрете, о девице благонравной и бедной (непременно бедной), очень молоденькой, очень хорошенькой, благородной и образованной, очень запуганной, чрезвычайно много испытавшей несчастий и вполне перед ним приникшей, такой, которая бы всю жизнь считала его спасением своим, благоговела перед ним, подчинялась, удивлялась ему, и только ему одному. Сколько сцен, сколько сладостных эпизодов создал он в воображении на эту соблазнительную и игривую тему, отдыхая в тиши от дел! И вот мечта стольких лет почти уже осуществлялась: красота и образование Авдотьи Романовны поразили его; беспомощное положение ее раззадорило его до крайности. Тут являлось даже несколько более того, о чем он мечтал: явилась девушка гордая, характерная, добродетельная, воспитанием и развитием выше его (он чувствовал это), и такое-то существо будет рабски благодарно ему всю жизнь за его подвиг и благоговейно уничтожится перед ним, а он-то будет безгранично и всецело владычествовать. Как нарочно, незадолго перед тем, после долгих соображений и ожиданий, он решил наконец окончательно переменить карьеру и вступить в более обширный круг деятельности, а с тем вместе, мало-помалу, перейти и в более высшее общество, о котором он давно уже с сладострастием подумывал… Одним словом, он решился попробовать Петербурга. Он знал, что женщинами можно «весьма и весьма» много выиграть. Обаяние прелестной, добродетельной и образованной женщины могло удивительно скрасить его дорогу, привлечь к нему, создать ореол… и вот все рушилось! Этот теперешний внезапный, безобразный разрыв подействовал на него как удар грома. Это была какая-то безобразная шутка, нелепость! Он только капельку покуражился; он даже не успел и высказаться, он просто пошутил, увлекся, а кончилось так серьезно! Наконец, ведь он уже даже любил по-своему Дуню, он уже владычествовал над нею в мечтах своих — и вдруг. Нет! Завтра же, завтра же все это надо восстановить, залечить исправить, а главное — уничтожить этого заносчивого молокососа, мальчишку, который был всему причиной. С болезненным ощущением припоминался ему, тоже как-то невольно, Разумихин… но, впрочем, он скоро с этой стороны успокоился: «Еще бы и этого-то поставить с ним рядом!» Но кого он в самом деле серьезно боялся, — так это Свидригайлова…» Ну и, наконец, натура Лужина дополнительно раскрывается в его взаимоотношениях с , опекуном которого он слыл и у которого остановился по приезде в Петербург: «Он остановился у него по приезде в Петербург не из одной только скаредной экономии, хотя это и было почти главною причиной, но была тут и другая причина. Еще в провинции слышал он об Андрее Семеновиче, своем бывшем питомце, как об одном из самых передовых молодых прогрессистов и даже как об играющем значительную роль в иных любопытных и баснословных кружках. Это поразило Петра Петровича. Вот эти-то мощные, всезнающие, всех презирающие и всех обличающие кружки уже давно пугали Петра Петровича каким-то особенным страхом, совершенно, впрочем, неопределенным. Уж конечно, сам он, да еще в провинции, не мог ни о чем в этом роде составить себе, хотя приблизительно, точное понятие. Слышал он, как и все, что существуют, особенно в Петербурге, какие-то прогрессисты, нигилисты, обличители и проч., и проч., но, подобно многим, преувеличивал и искажал смысл и значение этих названий до нелепого. Пуще всего боялся он, вот уже несколько лет, обличения, и это было главнейшим основанием его постоянного, преувеличенного беспокойства, особенно при мечтах о перенесении деятельности своей в Петербург. В этом отношении он был, как говорится, испуган, как бывают иногда испуганы маленькие дети. Несколько лет тому назад в провинции, еще начиная только устраивать свою карьеру, он встретил два случая, жестоко обличенных губернских довольно значительных лиц, за которых он дотоле цеплялся и которые ему покровительствовали. Один случай кончился для обличенного лица как-то особенно скандально, а другой чуть-чуть было не кончился даже и весьма хлопотливо. Вот почему Петр Петрович положил, по приезде в Петербург, немедленно разузнать, в чем дело, и если надо, то на всякий случай забежать вперед и заискать у «молодых поколений наших». Ему надо было только поскорей и немедленно разузнать: что и как тут случилось? В силе эти люди или не в силе? Есть ли чего бояться собственно ему, или нет? Обличат его, если он вот то-то предпримет, или не обличат? А если обличат, то за что именно, и за что собственно теперь обличают? Мало того: нельзя ли как-нибудь к ним подделаться и тут же их поднадуть, если они и в самом деле сильны? Надо или не надо это? Нельзя ли, например, что-нибудь подустроить в своей карьере именно через их же посредство. Как ни был простоват Андрей Семенович, но все-таки начал понемногу разглядывать, что Петр Петрович его надувает и втайне презирает и что «не такой совсем этот человек». Он было попробовал ему излагать систему Фурье и теорию Дарвина, но Петр Петрович, особенно в последнее время, начал слушать как-то уж слишком саркастически, а в самое последнее время — так даже стал браниться. Дело в том, что он, по инстинкту, начинал проникать, что Лебезятников не только пошленький и глуповатый человечек, но, может быть, и лгунишка, и что никаких вовсе не имеет он связей позначительнее даже в своем кружке, а только слышал что-нибудь с третьего голоса . Кстати заметим мимоходом, что Петр Петрович, в эти полторы недели, охотно принимал (особенно вначале) от Андрея Семеновича даже весьма странные похвалы, то есть не возражал, например, и промалчивал, если Андрей Семенович приписывал ему готовность способствовать будущему и скорому устройству новой «коммуны» где-нибудь в Мещанской улице; или, например, не мешать Дунечке, если той, с первым же месяцем брака, вздумается завести любовника; или не крестить своих будущих детей и проч., и проч. — все в этом роде. Петр Петрович, по обыкновению своему, не возражал на такие приписываемые ему качества и допускал хвалить себя даже этак — до того приятна была ему всякая похвала…» В черновых материалах к роману о Лужине, в частности, сказано: «При тщеславии и влюбленности в себя, до кокетства, мелочность и страсть к сплетне. Он скуп. В его скупости нечто из Пушкинского Скупого барона. Он поклонился деньгам, ибо все погибает, а деньги не погибнут; я, дескать, из низкого звания и хочу непременно быть на высоте лестницы и господствовать. Если способности, связи и проч. Мне манкируют, то деньги зато не манкируют, и потому поклонюсь деньгам…»

Вам может понравиться =>  Если Вышла Замуж И Не Сменила Фамилию Нужно Ли Идти В Паспортный Стол

Ссылка на основную публикацию